Центральная городская библиотека им. В.Маяковского, г. Саров

Афиша

2021 год - юбилейный для библиотеки им. Маяковского. 21 июня ей исполняется 75 лет. Что значит для вас библиотека?

Посмотреть результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Июль 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн   Авг »
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

13 марта 2013 г. в Государственном музее им. А. С. Пушкина прошла церемония награждения лауреата премии им. И. П. Белкина за 2012 год.

Напомним, что премия Ивана Петровича Белкина – единственная в мире, носящая имя вымышленного литературного персонажа. Присуждается она за лучшую повесть, написанную на русском языке, а жюри премии всегда состоит из пяти человек – по числу повестей Белкина.

 

Финалисты-2012

 

Дмитрий Верещагин. Заманиловка // Дружба народов. — 2012. — № 4 ;

Дмитрий Ищенко. Териберка // Октябрь. – 2012. — № 4 ;

Ирина Поволоцкая. Пациент и Гомеопат // Новый мир. – 2012. — № 9 ;

Геннадий Прашкевич. Улячка-25 // Знамя. – 2012. — № 3 ;

Владимир Холодов. Шанс // Знамя. – 2012. — № 4.

 

Лауреатом стала Ирина Поволоцкая с повестью «Пациент и гомеопат».
Ирина Поволоцкая училась во ВГИКе, была режиссером игрового кино. С 1980-х начала публиковаться как прозаик, автор сборников «Разновразие», «Пумперникель и другие».

Среди ее наград — премия имени Аполлона Григорьева, премия-стипендия Фонда Тепфера. В 2003 году повесть Ирины Поволоцкой «Юрьев день» вышла в финал Премии Белкина, однако награду тогда получил Валерий Попов.

«Нас интересовало развитие настоящих пушкинских традиций, – говорит координатор премии И. П. Белкина Наталья Иванова. – Нас интересовал современный взгляд художника, нас интересовало, насколько он чуток к слову и что это произведение, которое, в конце концов, победило – это настоящая литература, которая останется с нами».

Поволоцкая И. Пациент и Гомеопат: повесть опубликована в журнале «Новый мир» 2012, № 9. – Режим доступа: http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2012/9/p2.html

 
Из отзывов:

«…Прощаясь навсегда с сентиментальным повествованием о больном герое, жившем в советские времена, и лечившемся по гомеопатической методе, и похороненном рядом с родителями и няней на московском кладбище, которое старожилы до сих пор кличут Немецким, — вот и тетя Фаня совсем недавно легла рядом, пережила всех! а это уж не каждому выпадет счастье всем вместе лечь в жирную кладбищенскую землю, такую живую по весне, такую ждущую воскресения трав, распускающихся почек, а осенью заваленную сплошь кленовыми ладонями листьев, от которых кружится голова и горит воздух, — так напишем финал в стиле того века, в котором достопочтимый Ганеман собственноручно стирал в керамических ступках ту же Сигелию, или Калькарий Карбоникум, предварительно высыпая их из прозрачных стеклянных колбочек, с обязательным встряхиванием, или разогревая в ретортах на синем пламени спиртовок, финал, пригрезившийся Евгению Бенедиктовичу Лючину на тех же кладбищенских аллейках, что приходит на его могилу женщина, давно-давно седая, приходит нечасто, но приходит, приносит с собою банку для воды и тряпку и обмывает камень, а потом в эту же литровую банку ставит недорогие цветы, астры по осени и нарциссы весной…»

 
leonid_levinzon

Умно и изысканно. Но не читается. А может я просто устал. – Режим доступа: http://leonid-levinzon.livejournal.com/23947.html